Главная страница Информация об авторе Мои стихи Моя проза SMS-ки, придуманные мной Контакты
главная -> Наследница богов -> Глава четырнадцатая, где гному достаются сельские булочки, а Светлана едва не начала рассуждать по-девочкиному

Глава четырнадцатая, где гному достаются сельские булочки, а Светлана едва не начала рассуждать по-девочкиному

Никогда не будь уверен наверняка, что ты – исконный и заурядный житель этого мира. Светка, поверив в это, сильно ошиблась.

Лучше не надеяться на серую реальность. Потому что, возвращаясь однажды с работы, ты можешь повстречать странное существо, которое объявит тебе, что ты – отпрыск старых богов, и пора вступать в наследство. Однако право наследования придётся ещё завоевать в чужих мирах, странствиях и битвах.

Не верить? Но наутро прогнозы начинают сбываться:

  - Я бывал здесь, - проговорил первородный неожиданно тихо и нежно. Он всё так же сидел у дерева, не открывая глаз, и его чуткие ноздри едва заметно вздрагивали. - Прекрасные места. Милый народ.
  "Милый! Милый!.." - вспомнилась Светке заливающаяся слезами унылая Фрёкенбок с платочком в крупную клетку из детского мультика про Карлссона. Она усмехнулась, глядя на умилённую физиономию эльфа, и подступила ближе, - так, чтобы при этом немного нависать над его сидящей фигурой, - ей почему-то казалось, что именно в этой позиции он станет более уязвимым и послушным.
  - Где она, ведьма твоя? - решила тут же перейти к делу Светка. Мысли об оставленном ими в том мире доблестном гноме тревожили её, Боромана в любой момент могли обнаружить орки, обитавшие поблизости. "Бестолочь же! - думала она о нём слегка встревожено. - Сейчас безнадзорно накушается вдосталь травяного настоя и вырубится, как в прошлый раз в чаще. Утащат зверушки кривоногие балбеса в лес и продадут кому-нибудь за три копейки. Тем же вождям или там... скоморохам (кстати, есть у них шуты или нет?) - в качестве медведя, на ярмарке выступать. Его ведь умные мысли благоразумно обходят стороной!"
  - Она... Ведьма в селе, - раздумчиво проговорил Первородный, всё еще блаженно улыбаясь. Иногда Светке казалось, что она просто-таки убила бы его за бессмысленную эту улыбку! Чего понапрасну губы растянул? Но долго сердиться на него у неё почему-то не получалось. Тучи мрачной ненависти рассеивались так же быстро, как и набегали. И вот она уже готова была обнять весь мир. А потом... "включался свет разума", как говорила покойная бабушка. Эльф улыбнулся ещё шире и открыл глаза. Она всё еще никак не могла привыкнуть к его способности читать мысли. - Вдвоём нам не справиться. Нужно помощника. - Он неожиданно задорно подмигнул Светке и поднялся быстро - как подброшенная пружина.
  Отлично! Светлана даже обрадовалась: сейчас она вразумит Эрэндила, втемяшив ему мысль о том, что ему жизненно необходимо переместить сюда гнома, и тогда дальнейшее приключение обустроится ко всеобщему благу. Ей уже начинало всерьёз грезиться, будто втроём они сумеют свернуть горы. Ну, уж шеи-то местным задавакам - непременно! А потом они ознакомятся с местными достопримечательностями, набарабанятся парным молочком и хлебушком от аборигенов, а то грибная гномова кухня уже порядком наскучила. Да и вообще, денёк-другой отдохнут от авантюр, поваляются на травке, в баньке у кого-нибудь попарятся... Банька вызвала у неё приятные ассоциации, Светка прикинула, как выглядят гном с эльфом в парной и прыснула, едва успев отвернуться от светлейшего.
  - Нет, - упрямо возразил тот на её предложение. - Мы не задержимся. А гном... Слишком много сил на вытягивание.
  - Да что ты говоришь! - возмутилась Светка. Она и ногой притопнула с досадой: рушатся всё ее такие сладкие задумки! К тому же, может ведь, сволочь, а не хочет! - Мы его там не оставим. Или ты его сюда втянешь, или я никуда не иду. Пусть всё пропадает к чертям собачьим! - Она с размаху плюхнулась на травку, обещавшую такую мягкость и негу, и неожиданно оказалась наросшей на замшелом камне. Девушка взвыла, подскакивая и потирая ушибленное мягкое место, косо глядя на эльфа, словно он был виновником её необдуманного падения. Мир встречал её неласково. Интересно, к добру ли, к худу?
  Вариантов в таком случае выпадает обыкновенно не больше двух. Практикующие провидцы с хорошим знанием психологии обязательно напугают, мол, что гадостью началось, ещё большим вредительством закончится. Обязательно приплетут общедоступные кодексы "законов подлости" и прочую ересь. Однако, тут стоит прислушиваться к мнениям истинных практиков ясновидения, полагающих вовсе противоположное. Здесь, как считают знатоки иных миров и пространств, как в "законе первой встречи", если знакомство началось уж слишком благополучно, - жди явной ненависти и даже вражды. Но уж коли мимолётный взгляд и одному и другому выдал явное неприятие, а то и лёгкое отвращение - все закончится ко всеобщему благу, нежной дружбе или братанию. Обычно союзы, построенные на первоначальном восприятии другого, как "не своего", длятся долго и счастливо и рушатся крайне редко. И это правильно. Потому что необходимой доли негатива уже не хватит для возникновения новой вспышки ненависти - она исчерпана на старте . Недаром говорят: от любви до ненависти - один шаг. А если ненависти больше нет - то "не войти дважды в одну и ту же реку" .
  Но пока Светкино настроение упало ниже нуля, ныл ушибленный копчик, ощущалось неудобство в позвоночнике. Она хмуро огляделась и подумала сердито: "Вот так и ссыпаются позвонки в трусы... Не соберёшь" .
  Каллион засмеялся, глядя на неё, от чего Светкина обида разгорелась ярким светом (или цветом?). Она отвернулась на всякий случай, чтобы хотя бы частично скрыть эмоции. А когда снова оглянулась на него, светлейший сочувственно кивал. Ага! Ей удалось! Правда, ценой боли, может быть, перелома с последствиями. Светлана слегка прогнулась назад и, не почувствовав особых препятствий, осторожно присела, предварительно ощупав место под пятую точку, решив терпеливо ждать. Она решила отстраненно изучить новый мир, пока её спутники развлекались у его ворот. Пока ей здесь в целом нравилось. В основном, её покорила внешняя похожесть здешних краёв на ее собственное, земное бытие. Ну, чем не пригородная деревушка, чистенькая и уютная! Она попробовала вглядеться вдаль "эльфовым взглядом", как учил светлейший, чтобы увидеть далеко впереди врагов или друзей, но "рентген" не удался - пространство не раскрывалось перед ней так, как в ставшем привычным Уруме. И она догадалась, отчего ведьма бежала сюда - ей надоело преследование магов, которые не смогли бы жить здесь, не владея магией, ибо здешняя атмосфера каким-то загадочным образом всё волшебство гасило в зародыше. Вот ведь, какая замечательная враждебная среда! Кстати, может на земле-то действуют частично те же силы, которые здесь не дают проявлять способности к волшебству?
  Ей надоело сидеть в позе роденовского мыслителя, периодически покусывая травинку, она встала и потрусила вниз по холму. Ни тропинки, ни других следов присутствия живой души... Обойдя возвышенность вокруг, набрав пышный букет непонятных, но совершенно очаровательных цветочков и декоративных травок, Светлана вернулась обратно по собственным вытоптанным в высоких и сочных стеблях следам, как раз к моменту окончательного изъятия гнома из-под межмировых врат.
  Эльф совершил длительный и нелёгкий труд по выемке Боромана из Урума в Протэс. Пока Светка тешилась созерцанием окрестностей и последовательными умозаключениями, Каллион то исчезал за воротами, то появлялся, взмахивая руками, и невнятно, но громогласно что-то возглашал - наверное, сквернословил на эльфийский манер, затем в очередной раз пропадал из виду. Наконец, после полутора часов Эрэндиловых ухищрений, из-под ворот появился рулон, протащив который, эльф явил миру лицо гнома. Светлейший развернул его, поколебал воздух, рухнув тут же на траву, и Бороман вывалился рядом, тяжело дыша, едва переводя дух, и вращая круглыми от усталости и страданий глазами.
  - Уфф... Как он меня запытал! Это ж надо столько вынести напрасно! Лучше б я там остался и подождал спокойно. Ох, муки великие... Героические испытания ниспослали мне Владыки.
  - Кто ещё кого замучил, - проговорил Эрэндил, едва ворочая языком от изнеможения. Он и впрямь выглядел плачевно. Медитация на местной флоре через некоторое время принесла добрые плоды, эльф приободрился, усевшись в излюбленной позе и наблюдал за телодвижениями гнома, с бормотаньем ощупывавшего одежду и протиснутые за грань припасы. Тот бранил эльфово племя в целом, поминая некоторые частности, сетовал, что не поверит никто в нынешние геройства доброго гнома да переживал об утерянных здесь свойствах заплечных артефактов. "Не работают! " - в который раз хлопая себя по плечам, горестно вздыхал Бороман, охал, плевался, хлопал себя огорчённо по коленям, и начинал эксперименты сызнова.
  Когда все успокоились, смирившись с потерями, и пришли в себя, оказалось, что справиться им удастся гораздо проще, чем они думали. Каллион неожиданно поведал честнейшему собранию, что здесь есть у него знакомая селянка, которая всегда с радостью встречала его в прежние визиты. На настырные Светланины приставания с расспросами о причинах селянской преданности, эльф неохотно откликнулся, что как-то помог её матушке, исцелив ту от тяжкой местной болезни. Поил банальными травяными настоями! Он довёл компанию до церквушки на краю селения, и оставил дожидаться его, бросив на прощание, что будет совсем скоро, едва только договорится со своей знакомой, чтобы пустила их переночевать. В густой траве по краям тропинки лениво звенели цикады, гигантские ярко окрашенные бабочки вспархивали, перелетая с одного неизвестного цветка на другой. Одна доверчиво уселась прямо на Светланин букет, дав себя рассмотреть вблизи. Деловито обшарив каждый цветочек, она густо перепачкалась в желтовато-рыжей пыльце, и её серое пушистое брюшко стало напоминать клубок шерсти, измазанный вареньем. Потаращив пушистыми усиками в сторону владелицы букета, насекомое тяжело взмахнуло чёрно-оранжево-красными крыльями с вкраплениями синего и жёлтого оттенков и полетела, шумно, как небольшая птичка, рассекая воздух. Присмотревшись внимательнее, девушка обнаружила, что большинство бабочек разлетаются в разные стороны примерно из одной точки, а затем летят обратно в одном направлении - туда же, откуда взялись. Это походило на тщательно скоординированную деятельность пчелиного улья. Она сквозь стебли травы двинулась в направлении движения тяжело летевшей бабочки и вскоре обнаружила гигантское подобие муравейника, тщательно прилепленного к высокому пню. Вокруг суетились упитанные, но резвые червяки, стаскивая отовсюду тонкие веточки, листочки и перекушенные травинки - строительный материал. Истинные муравьи! Широкие ходы уводили вглубь и, похоже, вели глубоко под землю. Светлана засмотрелась на их деятельность, не заметив, как пролетело время. Она бы и ещё наблюдала за странными трудолюбивыми медоносами, но гному наскучило валяться на травке в одиночестве, и он притопал за ней с громкими и, по обыкновению, непонятными песнопениями.
  Эльф вернулся быстро, сообщив о согласии местной своей знакомой пойти вместе с ними к бывшей ведьме. Уговаривать селянку долго не пришлось, видимо она принадлежала к той категории существ, кому следует только свистнуть, как они срываются с места, отрываясь от дел, и очертя голову бросаются навстречу всякого рода похождениям, как в омут головой. К тому же, добавила незнакомка, беззаботно принимая от Светланы её скромный полевой букетик, она-де, знает, когда старуха уходит из дому по делам, и когда возвращается в хорошем расположении духа, что принесёт им несомненную удачу в задуманном деле. Бабушка пользовалась славой весьма зависящей от настроения дамочки. Видно, поистрепала нервишки в обществе магов.
   В ожидании нужного момента отправились к гости к радушной эльфовой знакомой. У селянки оказалась небольшая чистенькая хатка, вкусные пироги, словно ждала их прихода, симпатично красные круглые щёчки и весёлые живые глаза, разглядывавшие пришедших с детским задором и интересом. Да и фигурка у неё показалась Светке вполне обольстительной. Ничего удивительного, подумалось ей, что у эльфа такая интересная подружка. Может же он позволить себе развлечься с милой девицей за свою длинную и полную мрачных событий жизнь. Странно, но про "развлечения" Светка почему-то подумала сумрачно и даже с какой-то непривычной тоской. Если бы она попыталась залезть к себе в душу, то нашла бы сходство с собственническими инстинктами, кои в народе зовутся ревностью. Казалось бы - откуда им взяться? Однако ж вот вылезли наружу! И даже пирожки селянские, поедая с завидным аппетитом, сидя вместе с товарищами в плетёном кресле у стола, покрытого белой скатертью, она не переставала почему-то слегка их - пирожки - ненавидеть. Наверное, собственно потому, что оказались они слишком уж сдобными и вкусными. Кстати же, отведали они и бабочкового мёду. По вкусу напоминал он нечто среднее между гречишным мёдом и вишнёвым сиропом из дорогого супермаркета. Хозяйка похвастала, что купила нынче коричневый глиняный жбан недорого, всего за пару килограммов хорошей сметаны, весьма ценившейся здесь за дефицитом коров. В прошлом году тот же объём обошёлся ей вдвое. Путники густо намазывали сладкую патоку на сельский хлеб, щедрыми кусками нарезанный гостеприимной женщиной, и поглощали непривычную пищу быстро и незаметно.
  За милой беседой и периодическими выглядываниями хозяйки в окно, чтобы подсмотреть момент появления старушенции, прошёл остаток дня. Солнце село, окрасив небосвод в ярко-лазурный цвет, и ушло совсем, оставив насыщенный кроваво-красный след. Светке, глядевшей на это буйство красок, показалось даже, будто не к добру это всё. Как некогда монарху Карлу Второму, которого казнили добрые его подданные, привиделся же кровавый закат перед приходом Кромвеля. Девушка напрасно гнала от себя эти мысли, уверяя себя, что "от многая знания - многая печаль". Наконец все пришельцы вместе с болтушкой-хозяйкой устроились поудобнее на уютном пахучем сеновале - чтобы не пропустить прихода бабушки из лесу, куда она отправилась собирать полезные травки. Как оказалось, бывшая магиня занималась на новом месте жительства тем же целительством, что и практикующий эльф, и отбою от клиентов у неё, по словам селянки, не бывало.
  Сверчали какие-то сверчки в подсохшей под крышей траве, трещали цикады внизу под лестницей. Издали доносились протяжные крики неизвестных ночных птиц или животных. Все звуки навевали покойное умиротворение. Светка уже повернулась пару раз с боку на бок, повздыхала немного, вспоминая, какие мягкие остались дома подушки и как прекрасно спится после хорошего душа с вкусно пахнущим гелям. Однако усталость брала своё, и она почти засыпала, утомлённая пешим дневным переходом под палящими лучами солнца и массой новых впечатлений. Решив в последний раз бросить взгляд на ночное небо нового для себя мира, она уловила боковым зрением промельк движения там, где устроились на ночлег гном с эльфовой селянкой. Непроизвольно широко открыв глаза, увидела она в неверном свете луны, бесстыдно выглядывающей сквозь приличную дыру в кровле, как круглощекая жительница бабочко-медового царства повернулась и теснее прижалась к лежащему навзничь гному. Тот, словно ждал её движения, без раздумий положил огромную ручищу ей на плечо, и ладонь его поползла ниже. Сквозь шорох платья слышно стало, как гулко и часто задышали оба.
  Едва слышимая возня отчего-то разбудила Светку совершенно. Она распахнула глаза и вперилась в дырявую крышу, стремясь соблюдать приличия и всеми силами заставляя себя не смотреть направо, в сторону Боромана, при этом чутко вслушиваясь в нарушаемую двумя активными телами тишину. И вдруг она поняла, вернее, чутьём каким-то сверхъестественным ощутила, что эльф так же прислушивается к звукам. Блин, он что, ревнует что ли?! Как и я?! И тут она догадалась, что и впрямь ревнует гнома - к этой девочке, прекрасно представляя, что и связь-то возникла совершенно одноразовая, и оба участника завтра же о ней позабудут, и не нужна она им, память об этой ночи... Однако, поди ж ты, сердце бухало по рёбрам и, казалось, вот-вот выломает непрочную свою костяную клетку и выскочит на свободу, стискиваемое досадой, обидой и ещё чем-то, словесное определение чему найти оказалось для неё трудно.
  Заныло сладкой болью где-то вдоль тела, и разлилась боль, буквально коробя её изнутри, сжигая и абсолютно обессиливая. И тут Светка сообразила, что если вот прямо сейчас не займёт себя чем-то не менее увлекательным, чем происходящее рядом, то просто-таки разорвётся в клочья от... Желания? "Овца", - мрачно констатировала она про себя, не слишком утруждаясь ответом на вопрос: о ком это она? Повернулась на бок, уже начиная осознавать, что с этой стороны - и довольно близко к ней - лежит, глядя в небо, не менее романтически настроенный, а может быть и ещё более распалённый эротикой происходящего, эльф. Она страшно медленно, желая выглядеть очень ленивой, практически бесшумно и неуловимо, как ей казалось, для окружающего мира, подтянулась, хрустя соломой. И тут ей стало слышно в кромешной тишине, как грохочет кровь в мозгу, и шуршат её потревоженные суставы. Уже начиная ощущать, как её тело просто выворачивается наизнанку, и неизвестно, чем это может закончиться, но стараясь не думать вообще ни о чём, потянулась наобум дрогнувшей от нагрянувшей усталости ладонью и решила: если найду Его сразу, тогда... ладно. И тут же наткнулась в соломе на разгорячённую руку эльфа, протянутую ей навстречу. И она растерялась. Так захотелось ей стать в этот момент беззащитной и безответственной... Вот, как эта деревенская дурочка, бьющаяся в мощных объятиях Боромана, от которого так знакомо пахло разогретым камнем и немного подсохшей травой. Она представила себя на её месте...едва слышно ахнула, испытав нежное прикосновение тонкой и неожиданно властной руки к груди, ощущение блаженства пронзило её насквозь, разрастаясь и целиком поглощая, заполоняя сознание. И тут Светлана разозлилась: на себя, на Каллиона, на гнома, на весь свет. Её оскорбленное самолюбие готово было надавать пощёчины самой себе... или любому, кто окажется рядом.
  - Ну, ты и змей! - ядовито профырчала она, вкладывая в слова всю накопленную в сердце боль. И поняла, что тяжесть уходит, и лёгкая радость наполняет её всю целиком. Ей захотелось петь и смеяться - таким прекрасным увиделось грядущее!
  - Яаа?! - Первородный, задохнувшись, ошеломлённо уставился на неё, на локте приподнявшись из соломы. Его огромные изумрудно-желтые глаза слегка фосфоресцировали, разглядывая её лицо. - Ведь ты сама...
  - Ага! Конечно я! Чуть сама себя не выпорола...
  И тут Светке стало жутко весело. Она прыснула, посматривая на ошарашенного её фразой светлейшего, потом и вовсе расхохоталась, зажимая рот ладонью, и складываясь пополам от хохота. И стало ей фиолетово до страстных гномьих шепотов и угасающих постанываний в двух шагах. Пусть тешатся!..
  - Знаешь, анекдот такой есть, - зашептала Светлана совершенно сбитому с толку эльфу. - Про золотую рыбку. Поймала дурочка Золотую рыбку и говорит: загадай 3 желания. Ну, девочка и загадала: сделай мне, говорит, носик такой страшный, чтоб все боялись, хвостик такой сзади, чтоб развевался, когда я бегу, ушки такие жуткие, чтоб трепетали на бегу. И смотри у меня, - чтоб всё было по высшему разряду! Сделала рыбка, как её девочка просила, и спрашивает: а почему ты, девочка, не попросила красоты, богатства и власти? Разинула девочка рот с нависшим носом, растопырила ушки, махнула хвостом и обалдела: а что, разве можно было?! Вот и я чуть не сделала по-девочкиному. А потом опомнилась.
  Она ткнула Эрэндила пальцами в совсем рядом лежавшую руку - такую неожиданно сильную, туго оплетённую мышцами, - вздохнула пару раз легко, всей грудью, отвернулась и стала смотреть в такое чужое, но совершенно дружелюбное, небо. Рассыпанные на чёрном бархате небосвода, звёзды перемигивались между собой, переливаясь драгоценными изумрудами. Они казались девушке бесценным подарком, дарованным судьбой. Вот дыра в крыше странным образом приблизилась к ней, нависший над ними звездопад слился в очаровательный смайлик, подмигнул Светлане. Тихая нега окутала её, и она уже не слышала ничего, что происходило рядом - потому что уснула.
  * * *
  ... Тучи медленно и осторожно, словно боясь раздражить друг друга, подплывали, всё больше сближаясь между собой, нагромождаясь и постепенно заслоняя собой горизонт. Их края постепенно окрашивались в розоватые и голубоватые цвета, насыщаясь по мере приближения друг к другу, становясь всё краснее и синее. Небо темнело, принимая угрожающие оттенки, пугающе серое с яркими вкраплениями, оно словно задумало нечто недоброе. Да и что могло быть доброго при таких порывах ветра, всё усиливающегося, сперва пошевеливавшего листочки не деревьях, затем клонившего тонкие ветки, а теперь пригнувшего мощные стволы многолетних великанов параллельно земле!
   Светлана, чувствуя, что ее вот-вот унесёт очередным порывом ветра и не в силах бороться с ним, подняла голову вверх и заметила, как у туч объявились подобия щупальцев, похожие на двупалые толстенькие ручки с красно-синими очертаниями. Она сообразила, что, едва они объединятся, начнётся ураган со всемирным потопом, который унесёт в неизвестность и ее с животным, испуганно гарцевавшим под ней, и ожидавших её друзей, да и все деревья, пожалуй, смоет на неизвестный срок - неведомо, вырастет ли здесь что-то ещё...
   Она непроизвольно, автоматически как-то, словно ей приходилось уже делать такое, потянулась к небу и внезапно ощутила в руках у себя нечто мягкое и влажное, едва ощутимо шевелящееся на ладони, будто держала живое существо. Всё так же сидя на спине животного, стоящего на земле, она подняла вторую руку, потянулась и почувствовала то же самое. Причём, руки нисколько не выросли вопреки ожиданию, она прекрасно видела их нормальную, естественную длину. Однако же, стоило немного развернуть ладони в стороны, как тучи, нависшие прямо у неё над головой, словно развели по сторонам, их "ручки-щупальца" тут же обросли распушившейся серой "ватой" облаков. Сквозь просвет выглянуло солнце. Клочок голубого летнего неба стал разрастаться, а ураган стихать, пока не перестал вовсе, улёгся на землю, словно расшалившийся котёнок, и стал играть с травой и опавшими листьями.
   - Я тучи разведу рукаааами! - пропела Светлана, совершенно развеселившись, подпрыгивая в седле в такт движению животного. И оно, словно почуяв настроение хозяйки, прянуло в сторону, а затем рвануло вперёд, выскочив из лесу на простор, под так и не состоявшиеся порывы ветра, окончившиеся лёгкими касаниями, под редкие-редкие капли тёплого летнего дождя...
  * * *
   Она проснулась от звуков собственного голоса. Лицо эльфа нависло над ней, он склонился над ней и сосредоточенно вглядывался в её лицо. Светке показалось даже, что он и не дышит вовсе, чтобы не потревожить, не разбудить прежде времени. Ба! Чего с эльфом-то делается! Нет, этих приключений ей бы не надо. Она улыбнулась ему и огляделась, чувствуя себя прекрасно выспавшейся и отдохнувшей. Снизу доносились запахи только что пожаренных отбивных с ароматными приправами и обыкновенного огуречно-помидорного салата с местными пряностями. Их ждал добротный завтрак. Слышался голос добродушно балагурившего Боромана и хохот радушной селянки.
  - А кофе у них тут тоже пьют по утрам? - риторически вопросила Светка, подмигивая визави и бодренько вскакивая на ноги. Эрендил заулыбался в ответ и вместе с ней стал спускаться по ветхой дощатой лестничке вниз.
16 декабря 2013 г.


Автор: Людмила Лазарева


Отзывы читателей:
Ваш отзыв будет первым!


Оставьте свой отзыв к статье "Глава четырнадцатая, где гному достаются сельские булочки, а Светлана едва не начала рассуждать по-девочкиному":
Ваше имя:

Ваш отзыв о "Глава четырнадцатая, где гному достаются сельские булочки, а Светлана едва не начала рассуждать по-девочкиному":

контрольный код:




Поделиться (вам не трудно, а автору приятно):

Читайте еще:

  • Глава тринадцатая, в которой герои преодолели ещё одни Врата и ушли в Протэс
  • Глава двенадцатая, в которой Светке скажут, кто знает дорогу
  • Глава одиннадцатая, в которой Светка просит эльфа научить её кое-чему
  • Глава десятая, в которой гном и эльф поют, а орки терпят позор и делят власть
  • Глава девятая, где путники возвращаются к свету

  •  
     
    © 2005 - 2019 Лазарева Людмила. Перепечатка статьи "Глава четырнадцатая, где гному достаются сельские булочки, а Светлана едва не начала рассуждать по-девочкиному" без письменного разрешения запрещена.